01:56 

"Силки", себлейн, PG-13

пакет с пакетами
у семи нянек дитя без ракушки
Название: Силки
Автор: пакет с пакетами
Бета: Jackie.
Артер: winplsl
Пейринг и персонажи: Блейн Андерсон/Себастиан Смайт, упоминаются Ник Дюваль/Джефф Стерлинг, Хантер Клэрингтон
Рейтинг: PG-13
Размер: ~ 8 300 слов
Жанр: хоррор, мистика, дарк, стивенкинг
Саммари: Себастиан и Блейн едут на встречу выпускников Далтона. Кто-то так не считает
Предупреждения: future-fic, девять лет вперед от таймлайна сериала, почти джен, Хантер натурал, учитывая, что автор никогда не писал себлейна, вероятен ООС
Дисклеймер: текст мой, себлейн не мой




– Все еще не понимаю, зачем нам туда ехать.



Блейн украдкой вздохнул: с Нью-Йорка они проехали уже четыреста двадцать миль, и все четыреста двадцать миль Себастиан, кажется, не уставал напоминать, как именно он не хочет ехать. Они уже даже ругались на этот счет – миль сто назад, когда на заправке Себастиан вылез из машины – "размять ноги", как он сказал – и разминал их без малого час, пока Блейн не вышел из себя и не прикрикнул на него, что все это детство и что Себастиан давно должен был вырасти, на что Смайт только закурил очередную сигарету – плюс пять минут к и без того немаленькой остановке – и сказал, что не видит причин торопиться, потому что их там все равно никто не ждет.

– Я остался в их памяти как капитан-мудак, а ты, смею напомнить, вообще из другой школы.

– Однажды Соловей – навсегда Соловей, – раздраженно бросил на это Блейн. Себастиан только расхохотался – никогда еще Блейну не хотелось так сильно его ударить.

– Мне кажется, единственный, кто помнит, что когда-то ты был певчей птичкой, это Трент – не удивлюсь, если в свои двадцать семь он все еще один и дрочит ночами на твой светлый образ.

– Просто сядь в машину, ладно? – проскрипел Блейн, сдерживаясь изо всех сил. Себастиан безмятежно пожал плечами, затушил окурок о край урны и сделал, что просили. И даже молчал почти до самого Коламбуса – а потом Блейн свернул с оживленной федеральной трассы на куда более пустынное пригородное шоссе, и вместе со звуками природы оживился и Смайт тоже.



– Чтобы увидеть друзей, – ответил Блейн терпеливо – но, видит бог, это самое терпение у него уже кончалось, и только осознание того, что до Далтона оставалось двадцать пять миль, тогда как до Нью-Йорка все четыреста, удерживало его от того, чтобы развернуться и поехать назад. Себастиана же, кажется, вся эта близость пункта назначения только подзадоривала:

– Чьих друзей? Ты не общался ни с кем из них все эти чертовы девять лет, а у меня там ровно один друг, и я вижу его раз в неделю, а то и чаще, учитывая, что работаю в фирме его папаши.

– Джефф разве не уехал во Францию? – вырвалось у Блейна в ответ на это. Признаться, у него и в мыслях не было переводить тему, но это неожиданно сработало, и Себастиан улыбнулся:

– Представь себе, нет. Он все собирался, а потом его позвали в Гугл, и пришлось выбирать между классной работой и теплым семейным гнездышком с Дювалем.

– И они...

– Пять лет, как женаты, не в пример нам с тобой. Ник заявил отцу, что будет налаживать международные связи, и так активно их налаживает, что появляется дома только на Рождество. Опять же, не в пример нам с тобой, когда ты уже согласишься съездить?

– Когда не буду занят на Рождество в театре.

– Ловлю на слове, – ехидно фыркнул Себастиан и уставился в окно.



И почти сразу же дернул Блейна за рукав:

– Хэй, смотри.

Блейн чуть прищурился – и тут же увидел то, на что указывал ему Себастиан: за изгибом дороги, наполовину скрытая деревьями, дымилась машина.

– Думаешь, горит? – настороженно спросил Себастиан.

– Думаю, полетела система охлаждения, – ответил Блейн. И прибавил немного.



Через минуту выяснилось, что так и было – правда, Себастиан только напрягся еще больше.

– Что? – осторожно спросил Блейн.

– Ну, во-первых, это машина Клэрингтона,. – Блейн заставил себя дослушать, не спрашивая, откуда Себастиану известно, на чем ездит Хантер. – Во-вторых, этот самый Клэрингтон должен был вернуться из Омана не раньше следующего месяца. – Это тоже вызывало вопросы, но Блейн был само терпение уже четыреста миль, и мог потерпеть еще минуту. – И, в-третьих, куда он делся?

К слову, третий вопрос занимал и Блейна тоже. Потому что капот был еще теплый, почти горячий, а значит, бросили машину не далее, чем десять минут назад. А водителя – Хантера, да, наверное, Хантер действительно мог бы на таком ездить, из того, что Блейн о нем помнил, Хантеру этот черный монстр-внедорожник действительно шел так же, как Себастиану их Додж – нигде не было видно.

– Ну, может, он отошел...

– В кусты пописать? Он бы уже вернулся. А вообще, зная его, – к слову, это тоже вызывало у Блейна вопросы, – он бы первым делом вызвал эвакуатор, а потом ни на минуту бы от нее не отошел.



Блейн с сомнением огляделся вокруг. Если так, то все действительно было странно. Правда, только до той секунды, пока он не достал из кармана телефон: одинокий крестик вместо четырех полосок индикатора быстро разъяснил ситуацию.

– Тут сеть не ловит, – крикнул он уже углубившемуся было в лес на поиски Себастиану. Смайт цокнул языком:

– То есть, вызвать эвакуатор он не мог.

– Не мог, – утвердительно кивнул Блейн. – Так что вполне вероятно, что он на первой же попутке поехал искать сервис.

Лицо Себастиана посветлело.

– Я уже успел испугаться, – признался он и рассмеялся облегченно. Блейн недоуменно нахмурился на секунду – но все-таки фыркнул тоже.

– Если повезет, то, может, застанем его на ближайшей заправке, – сообщил он и протянул Себастиану ключи. – Только не гони, ладно?

– Не могу ничего обещать, – хмыкнул Себастиан и уселся за руль.



Только машина явно была с ним не согласна.

Себастиан бросил недоуменный взгляд на капот, потом на Блейна, потом перевел глаза на руль и повернул ключ в замке зажигания еще раз. Ничего. Вместо ровного гула мотора – только пустой скрежет металла.

– Это стартер. Наверное, – неуверенно пожал плечами Блейн и открыл было свою дверь, чтобы выйти, но под тяжелым взглядом Себастиана быстро сел обратно. – Что? Я просто хотел посмотреть...

– Как выглядит мотор? Или за последнюю пару часов ты тайком от меня выучился на автомеханика?

Если бы с языка Себастиана капала кислота, а не яд, он бы уже прожег все к чертям – но Блейн, признаться, был с ним полностью согласен. Потому что правда была на поверхности: Блейн играл в театре, а Себастиан был адвокатом в Шерман и Стерлинг, и никто из них даже примерно не представлял себе, как выглядит стартер. И, тем более, что с этим самым стертером надо делать, если он вдруг сломался.

– И что мы будем делать? – пробормотал Себастиан себе под нос – вряд ли спрашивая совета у Блейна, скорее, разговаривая с самим собой. – И крышу мы, конечно, вручную не закроем, да?

– О чем ты? – влез в его мысли вслух Блейн, осторожно трогая за плечо. Себастиан вскинул голову:

– Что?

– Крышу? – в свою очередь переспросил Андерсон. Потому что он честно не понимал, что конкретно пришло в голову Смайту – и можно ли уже начинать беспокоиться.

– Крышу, – подтвердил Себастиан – как будто от этого стало понятней. Впрочем, тут же добавил: – Связи все еще нет, эвакуатор или хотя бы мастера мы сюда не вызовем, так что нам остается, как и Клэрингтону, только ждать попутку. А это значит – бросить машину здесь без присмотра. А это значит, что в нее могут залезть, потому что поднять крышу вручную мы вряд ли сможем...

– Я могу остаться, – предложил Блейн наудачу. Себастиан коротко фыркнул:

– Оставлять без присмотра тебя в мои планы тоже не входит, – и обернулся назад. – Другой вопрос, сколько будем ждать попутку. Потому что, если меня не подводит память, за то время, что мы тут торчим, мимо не проехало ни одной.

– Но ты же не предлагаешь нам идти пешком? – осторожно уточнил Блейн. Осторожно – потому что до ближайшей заправки с легкостью могло быть мили две или три – или все пятнадцать, а идти пятнадцать миль непонятно куда Блейн был не настроен. Но Себастиан в ответ только пожал плечами, вздохнул и открыл свою дверь, вылезая из машины.

– В любом случае, если попутка все-таки появится, мы ее не пропустим, – сказал он и кивнул в сторону дороги. – Идем.



Ну, они хотя бы догадались взять с собой карту. Потому что уже на второй развилке – а ветвилось это шоссе совершенно неприлично, через каждые метров пятьсот то туда, то сюда отходила хоть и не асфальтированная, но дорога, и запутаться в этих съездах было бы проще простого – они едва было не свернули не туда, прельстившись самодельным указателем "Мотель и сервис, три мили", но карта – куда более новая, чем эта нарисованная от руки табличка – быстро подсказала, что там давно уже нет ни мотеля, ни сервиса, ни чего-либо еще. Только лодочная станция в шести милях к востоку, но и та, учитывая, что на дворе был конец октября, наверняка стояла пустая. По главной же дороге ближайшая заправка ожидалась не меньше, чем миль через восемь – но за полчаса ходьбы мимо них не проехала ни одна машина, так что другого выхода, кроме как идти дальше, у них не было.

– Через полмили будет автобусная остановка, может, подождем там? – предложил Блейн. Признаться честно, он давно отвык от таких пеших прогулок – в Нью-Йорке их квартира была совсем недалеко от театра, а чуть дальше – до работы Себастиана или куда-то еще – он предпочитал добираться на машине. И уже чувствовал, что зря. Впрочем, Смайт, бегавший в парке по утрам, выглядел ненамного бодрее.

Зато в разы упрямей:

– Осталось меньше, чем мы уже прошли. Но если тебе так хочется заночевать под открытым небом, то пожалуйста.

И прибавил шагу. Блейн только вздохнул – и попытался не отставать.

Попутку первым услышал Смайт: услышал, обернулся, притормозил на обочине и поднял вверх палец. Но автомобиль – старый дребезжащий пикап, то ли мерзко-коричневый, то ли просто грязный до неузнаваемости – пролетел мимо, будто и не видел их, только обдал волной воздуха. Себастиан ворчливо вздохнул:

– Вот ублюдок, – и, опустив руку, двинулся дальше.

А через минуту тот же самый пикап показался снова – уже в обратном направлении, и, хотя он, кажется, точно так же не собирался тормозить, и вообще, ехал в другую сторону, Себастиан снова махнул ему рукой и окрикнул.

– Зачем? – свел брови Блейн.

– Затем, что он мудила, – бросил Себастиан и показал пикапу вслед средний палец.

И, если бы Блейн развернулся после этого так же резко, как это сделал Смайт, он бы не увидел, как пикап в ответ на это два раза мигнул фарами.



В следующий раз он приблизился к ним так быстро, что они – они оба, и подуставший Блейн, и держащийся на злости и энергетике Смайт – едва успели среагировать и отпрыгнуть на обочину, пропуская его. Волна воздуха в этот раз была холоднее и обдала их жестко, мгновенно проникая под плотную куртку и теплую толстовку. Себастиан потер плечо, которое чертов пикап едва не задел зеркалом заднего вида и медленно поинтересовался:

– Что это, по-твоему, было? – таким тоном, будто он уже знал, что – но боялся поверить.

А пикап тем временем, не подумав даже проехать достаточно, чтобы исчезнуть из их поля зрения, начал разворачиваться – с теперь уже совершенно ясными намерениями.

– Что за дерьмо? – успел спросить Себастиан еще раз, прежде чем пикап тронулся с места – прямо на них, наплевав на встречную полосу. – Валим!

Блейн сорвался с места мгновенно – и как и не было усталости, желания спать, желания есть и желания спокойно сидеть в машине, он в каком-то совершенно невероятном прыжке слетел с дороги на обочину, а с обочины – в кювет, утягивая за собой с такого же низкого старта Смайта, будто всю жизнь только этим и занимался. Рухнув на траву, он обалделым взглядом проводил пролетевший мимо пикап – благо, тот не рискнул двинуть за ними вниз по откосу.

– Наркоманы, – выдохнул Себастиан – так, будто ему очень хотелось убедить в этом Блейна – и поверить самому в то, что это просто обкурившиеся или обдолбавшиеся подростки, вскрывшие тачку какого-то неудачника-фермера и решившие, что будет забавно поохотиться на ней за неудачниками-туристами. Потому что подростки-наркоманы имели свойство приходить в себя и останавливаться. А маньяки – потому что с точно такой же долей вероятности это мог оказаться один из них – нет. Блейн ошалело кивнул и сел на траву, отряхивая джинсовку от грязи. Себастиан только одернул толстовку и протянул ему руку:

– Идем, у нас четыре мили до заправки. Надо добраться до нее раньше, чем эти ублюдки до нас, а там Хантер с ними разберется.

– Ты все еще уверен, что он там? – нахмурился, поднимаясь, Блейн. Потому что все это устраивало его все меньше и меньше, и сам он уже не был уверен ни в чем. Себастиан криво пожал плечами:

– Понятия не имею. Должен быть. Не думаю, что он настолько идиот, что позволил сбить себя этим... идем, чем быстрее, тем лучше.

И потянул Блейна за собой, и не подумав отпустить его руку. Не то чтобы Блейна это не устраивало.

А потом пикап вернулся еще раз. И еще. И каждый раз это было как ржавой пилой по нервам, думал Блейн, с замиранием сердца глядя на то, как грязная проржавевшая машина проносится мимо с каким-то, казалось, торжествующим гудком.

А на третий раз водитель придумал что-то поинтересней – и сомнения в том, что это не подростки-наркоманы, отпали полностью: он притормозил, не доехав до них футов тридцать – и двинулся вперед с той же скоростью, с которой они пытались от него убежать. Блейн уже не оборачивался, чтобы проверить, он просто слышал этот неспешный шорох шин по асфельту и утробное рычание мотора, которое не отдалялось от них ни на шаг. С другой стороны, оно и не приближалось тоже, но Блейн прекрасно понимал, что водителю стоит всего-то чуть сильнее вдавить педаль газа, как в следующую секунду они окажутся у него на капоте. Пока что их спасал только крутой откос, по которому не рискнул бы съехать ни один, наверное, даже самый сумасшедший маньяк – но и он мельчал по мере того, как они бежали вперед. В тот миг, когда пикап, притормозив на секунду, взял правее, Себастиан обернулся, глядя на Блейна безумнейшим из всех взглядов, что Блейн когда-либо у него видел:

– В лес, – и, не дав Блейну не то что ответить – подумать над тем, что он сказал – рванул вправо, как подстреленный заяц, утаскивая Блейна за собой в густой кустарник и дальше, через деревья, туда, куда машина при всем желании не смогла бы пробраться, а после толкнул его вниз и упал на землю сам – будто от того, что они зароются в листья, водитель не сможет увидеть их среди голых стволов.

Но водитель, кажется, и не стремился их разглядеть. Только пикап рассерженно зарычал за деревьями, буксуя во влажной земле – а потом все стихло.

– Дай карту, – хриплым шепотом попросил Себастиан через секунду. Блейн даже не сразу понял, чего от него хотят – так сильно било по ушам сердце – а Себастиан уже требовал от него, чтобы он... что? – Карту, – повторил Смайт и, не дождавшись, залез Блейну в карман сам, вытаскивая искомое.

– Зачем она тебе сейчас? – нахмурился Блейн.

– Затем, что нам нужен обходной путь, – Себастиан развернул карту и ткнул грязным пальцем в переплетение линий. – Вот. Это развязка, двумя милями дальше той заправки, до которой мы хотели дойти. Дорога за заправкой изгибается, и, если мы срежем через лес, то через час будем там.

– А заправка?

– Мы зайдем с другой стороны. Я не собираюсь больше встречаться с... этим.

Взгляд, который Себастиан бросил на поломанные кусты и дальше, на дорогу, где буквально минуту назад стоял, сигналя и мигая издевательски фарами, проржавевший грязный пикап, стоил многого. Это был не страх, нет, скорее... злость. И отчаянное желание выбраться. Блейн не помнил, чтобы хоть раз видел Себастиана таким. Блейн не был уверен, что такой Себастиан ему хоть немного знаком.

Незнакомый Себастиан тем временем свернул карту и засунул ее в карман своей толстовки, а после нервно улыбнулся Блейну – как тот Себастиан, которого Блейн вполне себе знал.

– Идем, – кивнул он на лес позади себя.



Чем дальше отходили они от дороги, тем легче становилось у Блейна внутри – мысль о том, что они победили, обманули сумасшедшего, почему-то хотевшего их убить, раскрывала крылья, раскрывалась сама, заполняя пространство в груди, и отчаянно хотелось смеяться от счастья, и...

– Хэй, Блейн, – с тревогой одернул его Себастиан. – Только истерики нам здесь сейчас не хватало.

– Я не... просто подумал, что хорошо, что мы оторвались от него.

– Пока мы просто спрятались в лесу, оторвемся мы, когда раньше него выйдем к людям. Черт, теперь я думаю о том, какова вероятность того, что Хантер на него не наткнулся. Как думаешь?

Если честно, Блейн думал, что Себастиан слишком часто вспоминает о Хантере – но вслух сказал, разумеется, не это:

– Я надеюсь, ему повезло.

Себастиан, удовлетворенный ответом, кивнул – и продолжил углубляться в лес.

Минут через десять Блейн первым заподозрил неладное:

– Ты не проверишь карту?

– Боишься, что мы потеряемся? – фыркнул Себастиан – сам довольный до чертиков. Он остановился, обтер о джинсы ладони, оглянулся по сторонам с видом бывалого охотника или туриста. Блейн на это только заметил:

– Боюсь, мы уже потерялись. Проверь, пожалуйста.

Себастиан пожал плечами – "все для тебя, Блейн Андерсон, только угомонись уже" – и вытащил из кармана карту. И только через минуту, когда на его лице Блейн уже прочел все то, что и предвидел, он наконец сдался:

– Мы потерялись, – и, помолчав еще с минуту, вздохнул.: – Что предлагаешь делать?

– Идти обратно, – пробормотал Блейн, оглянувшись по сторонам: небо уже темнело, лес становился с каждой минутой все негостеприимней, и он не был уверен, что хочет заночевать прямо здесь, не говоря уже о том, что это вряд ли будет безопасно. Себастиан взглянул на него с сомнением во взгляде:

– Думаешь, мы сможем выйти к машине?

– По закону Мерфи только к ней мы и сможем выйти, – пожал плечами Блейн. Себастиан закатил глаза – впрочем, со смехом – и махнул рукой во все стороны разом:

– Тогда ты ведешь.



И действительно, на то, чтобы вернуться обратно к машине, у них ушло всего-то минут двадцать, хотя до этого они блуждали по лесу – и шли по дороге, и сбегали от сумасшедшего водителя – куда дольше и совсем не по прямой. Будто закон Мерфи действительно работал, и именно тогда, когда им совсем не надо было к машине, они нашли ее в рекордно короткие сроки.

– Лучше бы мы так нашли заправку, – вздохнул Себастиан облегченно, осматривая машину: та выглядела так же, как тогда, когда они ее оставили – хоть что-то радовало.

– Лучше бы мы так уже были на месте. Все твой Хантер виноват, – последнее Блейн, если честно, не хотел говорить, оно вырвалось само – и вызвало вполне предсказуемый эффект: Себастиан мгновенно выставил вперед иголки и отказался продолжать диалог конструктивно.

– Во-первых, Хантер не мой. Во-вторых, он тут вообще не при чем. И в-третьих, если бы не ты, мы бы сейчас были в Нью-Йорке, пили кофе и, возможно, даже трахались бы. А не торчали посреди Огайо, преследуемые маньяком на драндулете, без еды, без воды и без, – он вытащил из кармана телефон, чтобы проверить, – мобильной связи. Мы не можем даже в службу спасения позвонить, как тебе такая информация?

Блейн тихонько вздохнул, уворачиваясь от прицельно летящего в него яда, и пожал плечами:

– Ты хочешь, чтобы я попросил прощения? Окей, хорошо, прости. Я не знал, что так выйдет. Мне, знаешь ли, не звонят вечерами маньяки и не предупреждают о том, где и когда они планируют на меня напасть.

Под конец Себастиан молча поднял руки:

– Сдаюсь.

– Другой вопрос, что мы будем делать сейчас, – вздохнул Блейн, оглядываясь по сторонам. Себастиан тоже бросил внимательный взгляд сначала в одну, потом в другую, пытаясь увидеть, судя по всему, не едет ли откуда-нибудь чертов пикап.

– Спать, – ответил он коротко. – Уже темно, а через полчаса будет еще темнее, и если мы снова пойдем вдоль дороги, этот урод может снова откуда-нибудь появиться, и в этот раз нам так уже не повезет. Так что сейчас мы заберемся в машину и будем спать.

Блейн с сомнением оглядел кабриолет, крышу которого они так и не смогли поднять. Себастиан коротко улыбнулся краем рта и кивнул на Эксплорер Хантера.

– А ключи? – поинтересовался Блейн.

– Не спрашивай, – предупредил Себастиан и выбрал из связки на брелоке маленький ключик – тот, предназначение которого Блейна, помнится, очень занимало – что ж, видимо, пришло время узнать ответы. Ключик подошел к замку, Эксплорер приветственно мигнул фарами и затих. – Прошу. Свое сиденье разложишь сам.

И сам забрался на водительское кресло, которое через секунду манипуляций превратилось в удобную водительскую кровать – видимо, Хантер любил отдыхать с комфортом.

– Он в ней живет, – подтвердил Себастиан догадки Блейна. – Ну, то есть, не совсем, конечно, живет, живет он дома, ну, знаешь, все это, белый забор, зеленая лужайка, два этажа и спальня с видом на надувной бассейн, но Хантер любит покататься и не любит спать в мотелях.

– Откуда ты знаешь это все? – не выдержал Блейн. В конце концов, он сдерживался несколько часов кряду, хотя любопытство его разбирало не на шутку, и сейчас должен был быть вознагражден. Себастиан фыркнул, бросая на него короткий ехидный взгляд:

– Ревнуешь? – Блейн открыл было рот, чтобы ответить "нет", когда понял, что это неправда. Впрочем, Себастиану его ответ, судя по всему, был и не нужен, он только рассмеялся, кивнув своим мыслям и поделился:

– Не стоит. Мы просто переписываемся с ним в фэйсбуке время от времени. Мой единственный друг-натурал, как-никак, от таких людей нельзя отказываться.

– А ключ от машины?

– Скажем так, это маленький бонус за выслугу лет. Я несколько раз отвозил его домой из бара, он, когда возвращается с задания, не контролирует себя немного, приходится присматривать – и Грэм попросила меня оставить себе копию ключа. На всякий случай. Видишь, пригодился. А теперь давай спать? Я хочу хоть немного отдохнуть, прежде чем мы снова будем спасать наши души.

И Себастиан завозился на своем месте – удобство удобством, а даже на разложенном кресле длинные ноги ему деть было некуда – но в конечном итоге все-таки смог устроиться и замереть. Блейн поерзал еще с минуту – упругое кожаное сиденье было не идеальным вариантом для сна при любом росте, даже таком, как его собственный – но потом успокоился тоже и под мерное дыхание Смайта провалился в зыбкий тревожный сон.



Ему, кажется, даже снилось что-то – что-то про то, как он бежал от собак, или вместе с собаками – от чего-то более страшного и крупного – когда его бесцеремонно вырвал из сна громкий звук удара и сильный толчок. Блейн подскочил на кресле: в свете фар было видно, как точно так же сидит, подпирая головой потолок и протирая глаза ладонью, Себастиан, и точно так же пытается понять, что происходит.

Осознанием Блейна накрыло только через долгих две секунды: они были внутри машины. Сломанной машины. И свет фар мог означать только то, что прямо сейчас напротив их машины стоит еще одна – и это она только что на полном ходу врезалась в них. Судя по глазам Себастиана, до него это дошло тоже. Пикап приветственно погудел им, как старым знакомым.

– Открой дверь, медленно, – прошептал Блейн и глазами указал на ручку. Себастиан одними же глазами кивнул и осторожно потянул ручку на себя, а в следующую секунду дверь бесшумно – благослови господь новенький Форд Эксплорер Хантера Клэригтона – приоткрылась.

– Ты... сразу за мной. Да? – уточнил Себастиан, медленно, плавно пригибаясь так, чтобы по сигналу выскользнуть из машины как можно быстрее. Блейн кивнул. И в ту же секунду Себастиан распахнул дверь полностью и припустил, не оборачиваясь, в сторону деревьев. Блейн не медлил тоже, сразу после него выбираясь наружу и в три шага сбегая по откосу вниз, а после, не разбирая дороги, побежал вперед, через деревья, колючий кустарник и скользкую чавкающую пожухлую траву под ногами. За спиной послышался хриплый смех, а секундой позже – пронзительный сигнал, и еще один, а потом маньяк, кажется, решил сыграть на гудке собачий вальс – не то чтобы у него получилось, конечно. Себастиан впереди бежал все так же, не снижая скорости, и тяжело, с присвистом, выдыхая на каждом втором шаге. В конце концов он остановился, выбежав на середину крохотной полянки между деревьями, и, привалившись к ближайшему дереву спиной, сполз по нему вниз. Блейн, не раздумывая, последовал его примеру.

– Что это за дрянь? – всхлипнув на вдохе, прохрипел Смайт. – Почему он...



На то, чтобы закончить фразу, ему, видимо, не хватило дыхания. Блейн же и вовсе смог только молча покачать головой и пожать плечами – и то, плечи в ответ на такое противно, до боли, заныли. И только через несколько минут, отойдя от такой встряски, пробормотал:

– Предположу, что это просто самый -настоящий маньяк, и ему не нужны причины на то, чтобы ловить людей посреди леса.

Себастиан бросил на него тяжелый красноречивый взгляд – он и сам все это понимал – но не сказал ни слова. Что ж, и на этом спасибо.

– И куда мы теперь, киллер? – спросил он после.

Блейн выдохнул. Огляделся по сторонам – по сторонам был лес, густой и темный, и он тянулся без изменений везде, куда бы Блейн ни посмотрел. Это, если честно, затрудняло поиск вариантов, но сидеть здесь если и было выходом., то, может, только на ближайшие минут пятнадцать, не больше, а дальше хорошо бы отсюда сняться и идти как можно дальше – в этот раз желательно бы удачней, чем в первый, когда они не смогли даже тольком прочитать карту. Вспомнив о карте, Блейн поднял глаза на Себастиана, который бездумно вытягивал нитки из разорванных на колене джинсов.

– У нас есть карта, – сказал он Смайту. Смайт оторвался от своего занятия и покачал головой:

– У нас нет карты, я забыл ее в машине. Знаешь, как-то не подумалось в ту секунду, – добавил он в свое оправдание – не то чтобы Блейн собирался его обвинять, он понимал, он сам не думал в тот момент ни о чем, кроме небходимости бежать как можно быстрее, но Себастиан, видимо, помня их прошлую ссору на пустом месте, решил перестраховаться. Блейн кивнул. И, подумав, предложил еще вариант:

– Тогда, если я правильно запомнил ее в прошлый раз, нам надо идти на восток.

– А что у нас на востоке?

– На востоке озеро. Оно большое и тянется вдоль почти всего шоссе – если мы просто поймем, где тут восток, и пойем по прямой, мы точно в него уткнемся.

– Ты думаешь, на озере сейчас есть люди? В конце октября? Холодно для купания.

– Тепло для рыбалки, – возразил Блейн. – А еще там могут быть лодочные станции, а еще кемпинги, за которыми кто-то следит, даже если они пустые, а еще, если мы пойдем вдоль берега, мы точно выйдем на станцию спасения, на которой может быть телефон...

– Я понял, – закивал Себастиан, поднимаясь с земли и отряхивая от прелой листвы задницу. – Восток, озеро, станция. Единственое – я дико хочу спать, так что если вдруг увидишь маньяка, толкни меня и засыпь листвой, хорошо?

Он улыбнулся – насколько возможно было улыбаться в такой ситуации – и Блейн почувствовал, что его губы тоже разъезжаются в улыбке: как бы он ни сетовал на то, за что судьба свела его со Смайтом, он, наверное, все же любил его, вместе с его дурацкими несмешными шутками и ядовитыми клыками, и коленками, которые каждую ночь впивались ему куда-нибудь – потому что Себастиан, когда не был сукой, умел потрясающе тепло улыбаться. Надо было только рассказывать ему об этом почаще.

– Осталось определить, где тут восток, – пробормотал он вместо этого и тоже поднялся.



Восток нашелся минуты через две, а через двадцать Себастиан, принюхавшись – и в одну секунду став похожим на хорька в охотничьей стойке, Блейн даже фыркнул тихонько – радостно сообщил:

– Водой пахнет.

И действительно, потянувший с востока ветер принес с собой запах влаги и мягкого ила, или что это было, Блейн раньше никогда не интересовался, что заставляет озера пахнуть именно так. Тем не менее, как бы это ни пахло, это было оно самое – настоящее озеро, которое они почувствовали, а еще через три минуты смогли и увидеть. Себастиан даже прибавил ходу, когда заметил, как за деревьями появляется просвет, и, когда на край леса вышел Блейн, он уже стоял на берегу, засунув руки в карманы толстовки и втянув голову в плечи и со счастливым выражением на лице вдыхал этот самый влажный запах.

– Теперь у нас есть два варианта – налево и направо, – сообщил он, услышав позади себя шаги Блейна.

– Нам нужно на север, – ответил на это Блейн, подходя ближе и обнимая Смайта за талию. Себастиан, почувствовав это, расслабился, превратился из неведомого взведенного зверя в привычного Блейну большого кота, откинулся спиной ему на грудь и только пробормотал совсем сонно:

– А север – это куда?

– Это налево, – не сдержал улыбки Блейн. – Если хочешь, давай передохнем здесь, а пойдем чуть позже.

– Если мы передохнем, я усну прямо тут, – замотал головой Себастиан и первым потянулся из рук Блейна на свободу, тут же прибавляя шаг. – А я не хочу спать на мокром песке, никогда не хотел умереть от пневмонии, знаешь ли.

Никто, в принципе, не хотел умирать, подумалось на это Блейну, никто, в принципе, и не думал об этом, наверное, до этого самого дня, но вот так вот сложилось, что они бегают по лесу посреди ночи, прячась от неведомого маньяка, который несколько раз едва не переехал их машиной, а потом разбил машину Хантеру, лишь бы добраться до них. Мысль о машине Хантера плавно перетекла в мысль о самом Хантере, разом вспомнилось все, что Себастиан рассказывал про него вчера вечером, а потом откуда ни возьмись подняло голову чувство вины и непонятная тревога – как можно тревожиться из-за того, кого видел два раза, при том, что оба раза были не ахти какими приятными? – за то, успел ли он добраться до злосчастной заправки или ему повезло меньше, и он попался. В том, что маньяк охотился и за ним, Блейн уже даже не сомневался – должен был. Они двое не могут быть дурацким исключением.

Берег извивался, не желая идти прямой линией, и они петляли вдоль него, стараясь не терять из виду блеск воды в нескольких метрах правее. Поначалу они вообще хотели идти по берегу, но шагать по влажному песку оказалось не так удобно, как хотелось бы, и они забрали чуть влево, снова уходя в лес, но больше не углублялись. А через полчаса неспешной ходьбы через деревья Блейн увидел темный силуэт здания, притулившегося на берегу в паре метров от воды.



В лодочной станции – а это была она, если верить табличке над дверью – действительно были лодки, четыре деревянные и одна надувная, сложенная, все в одном углу, а в другом – стол со стулом, деревянный шкаф для инструментов и дверь в подсобку, в которой, в свою очередь, нашлись хозяйственные средства, ворох тряпок и пустая старая кровать – видимо, на ней летом спал сторож или смотритель, или кто-то такой. Блейн кивнул на кровать Себастиану:

– Рискнешь?

– А ты будешь спать? – уточнил Себастиан, садясь на кровать. Та прогнулась с пронзительным скрипом – все-таки тут было крайне влажно, и не удивительно, что пружины здесь предпочитали ржаветь.

– Я покараулю, – пообещал Блейн, хотя и сам далеко не выспался. Себастиан, понимая это, предложил:

– Тогда разбуди меня через пару часов, когда будет моя очередь.

Блейн согласно кивнул. А после протянул Себастиану снятую с крючка старую осеннюю куртку – ее чистота оставляла желать лучшего, но зато она была все еще теплая, и ей все еще можно было накрыться, а если и нет, то хотя бы чтобы свернуть и положить под голову она годилась – и, убедившись, что Смайт уснул, едва приняв горизонтальное положение, вышел наружу.

Там тем временем уже светало. Здесь, в лесу, не было видно рассвета как такового, по крайней мере, самого очевидного из его признаков – солнца на горизонте – Блейн не видел точно, но небо определенно стало светлее с тех пор, как они заходили в дом, и над водой он различил легкую серую дымку. Вытащив из кармана телефон – связи по-прежнему не было, но никто не отменял его остальные функции – он кивнул: время подбиралось к шести, пора бы уже. И опустился на скрипучий, но крепкий причал, к которому была привязана еще одна лодка, мерно колотившаяся бортом о деревянные столбики. И, хоть это и было трудно – холодно и неудобно, и еще минуту назад нервы не давали ему посидеть спокойно, не то что спать – сам не заметил, как задремал. Впрочем, очнулся он уже через минуту – или две, но не больше того – услышав позади себя легкие шаги. Он дернулся, оборачиваясь сразу к станции – но дверь была закрыта, а значит, это точно не был Смайт.



– Странное время для прогулок по лесу, – сказал в ту же секунду голос позади него – определенно мужской, но, слава богам, совсем не тот, который они слышали тогда, у дороги, когда маньяк смеялся, как каркал. Этот был выше и звонче, и определенно младше – Блейну показалось, что он даже слышал в нем ту легкую осиплость, которая временами прорывалась у тех, у кого он ломался. Ему не больше пятнадцати, подумал Блейн, разворачиваясь в другую сторону – и точно: стоявший рядом с ним мальчишка выглядел максимум на четырнадцать лет, а то и чуть младше, учитывая, как быстро растут сейчас дети. В осенних ботинках, плотных джинсах с кучей карманов, теплой клетчатой рубашке и жилетке поверх нее он выглядел как опытный турист – или начинающий охотник.

– Что ты тут делаешь? – спросил парень, не дождавшись от Блейна ответной реакции на первую свою фразу.

– Я... – Блейн прокашлялся. – Мы заблудились.

– Мы? – уточнил парень и, как догадавшись, посмотрел в сторону домика станции. Блейн подтвердил его догадку:

– Друг спит сейчас там. Я сторожу.

– Что-то случилось? – сразу посерьезнел парень. Нет, пожалуй, ему все-таки есть пятнадцать, подумал Блейн, разглядывая две тонких морщинки между нахмуренных светлых бровей: он был чем-то похож на Джеффа, только черты были чуть грубей, а челка не закрывала половину лица, топорщась надо лбом. И глаза светло-серые, а не карие. Отвлекшись от раздумий, Блейн кивнул:

– Случилось. – И тут же замолчал на секунду, не зная, уместно ли будет рассказывать незнакомому парнишке такие вещи – впрочем, тут же отбросил сомнения: если кто-то сейчас и мог им помочь, так это вот этот самый парень. – На нас напали на шоссе, мы бежали через лес и...

– Заблудились, – кивнул парень. – Я понял.

– Тут поблизости есть спасательная станция или телефонная вышка? Что угодно, у нас нет связи и мы не можем дозвониться... – он притих, глядя на то, как уверенно парень качает головой. – Совсем нет?

– Совсем. Здесь много животных, и местная ПЕТА подписала петицию за то, чтобы здесь не тянули провода. А мобильники, как ты сам уже, наверное, заметил, не ловят. Только спутниковая связь – и нет, ее у нас тоже нет. У меня, по крайней мере. У отца есть телефон, – Блейн вскинул голову, готовый слушать, что угодно, лишь бы получить доступ к внешнему миру, но парень опять покачал головой.: – Он на той стороне озера, охотится. Я понятия не имею, где он прямо сейчас. И обходить озеро, сам понимаешь...

Блейн понимал. И только кивнул расстроенно.

Парень, впрочем, выглядел слегка растерянно – будто не знал, что делать дальше. Наверняка ему хотелось уже уйти, но он не был уверен, будет ли это вежливо, просто взять и свалить, бросив их одних здесь, подумал Блейн – и подумал еще, что это нужно как-то использовать. Как именно, он придумать не успел: из домика лодочной станции раздался отчаянный крик Смайта.



Блейн сорвался с места раньше, чем понял, что именно делает: сорвался, развернулся и в одну секунду влетел в домик, сразу бросаясь к подсобке, крики откуда и не думали стихать. А оказавшись внутри, с облегчением выдохнул: Себастиан все еще кричал, но это был сон. Просто сон. То есть, понятное дело, это не было чем-то хорошим, Смайт катался по скрипучей кровати, сучил ногами, будто бежал куда-то, на лбу у него выступил пот, а пальцы цеплялись за грубую ткань куртки, которой он все же накрылся, но это в любом случае было лучше, чем если бы Блейн вбежал и обнаружил здесь маньяка. Тряхнув головой, он опустился рядом с кроватью на колени и обхватил плечи Себастиана руками, прижимая его к себе.

– Тшш... – бормотал он, – Тихо, тихо. Все хорошо.

Ничего не было хорошо, но Себастиану там, в своем сне, этого знать было не обязательно.

– Все хорошо, – повторял, как заведенный, Блейн. – Это просто сон, просто сон, сейчас ты поймешь, что это сон, и успокоишься...

Он гладил его по голове и прижимался губами к виску, пока Смайт выл нечеловеческим голосом, почти плакал. А потом вдруг затих – то ли почувствовав Блейна рядом, то ли просто проснувшись от собственного голоса. Но нет, посмотрев на него, Блейн понял, что тот все еще спит. Просидев рядом с ним еще минуту и успокоив собственное сердце, едва не сошедшее с ума от таких потрясений, он поправил на Себастиане куртку и вышел наружу – там его ждал последний их шанс на скорое спасение.

Шанс тем временем сидел на причале – на том самом месте, на котором только что сидел Блейн – и играл с веревочкой: заплетал ее, завязывал узлы. Услышав шаги Блейна, он засунул игрушку в карман и немного недовольно сообщил:

– Вы распугали мне всех птиц.

– Птиц? – недоуменно переспросил Блейн.

– Их самых, – кивнул парень и достал веревочную конструкцию, показывая. – Я их здесь ловлю.

– А это?..

– А это силки.

Он разложил веревочку по причалу, кивнул Блейну на углы, Блейн, поняв, что от него требуется, придержал ее с двух сторон. Парень осторожно потянул шнурок в центре – и вокруг его пальца затянулась плотная петля.

– Вот так, – усмехнулся он – впрочем, без особой гордости. – Вообще, я все хочу ружье, но отец не разрешает, говорит, что раньше шестнадцати я его не получу, так что приходится обходиться малыми средствами.

– И много ты так наловил?

Парень пожал плечами:

– Вообще много. Вчера одну – но и та вырвалась. Такое бывает, когда в силки попадается слишком крупная, веревки не выдерживают, или петля просто не затягивается так, как надо. Но я еще наверстаю.

Он вынул палец из петли и вытащил всю конструкцию из-под пальцев Блейна, все еще прижимавших ее к доскам, и, расправив, засунул обратно в карман.

– А когда люди кричат вот так вот, птицы пугаются и улетают. И еще пару часов ловить нечего. Придется уходить дальше в лес.

Блейн посмотрел на него как можно более виновато и пожал плечами, показывая, как сильно он сожалеет – можно было бы попросить прощения, наверное, но Блейн, признаться, не чувствовал, что должен. Это была не вина Себастиана, что ему приснился кошмар, и уж точно не его собственная, и за что здесь можно было извиняться, он не понимал. Парень, впрочем, кивнул, принимая неуклюжее сожаление, и поднялся на ноги.

– Я пойду. Если найду отца, попрошу его позвонить в девять-один-один. Но не обещаю.

Блейн благодарно улыбнулся. И, проводив уходящего парня взглядом, пошел обратно к домику.

Себастиан внутри, слава богу, спокойно спал, свернувшись под курткой. Блейн осторожно присел рядом и, опершись спиной на стену, позволил задремать и себе тоже.



Когда они проснулись, на улице был уже день, и солнце светило во всю ту мощь, которая оставалась у него к концу октября – ярко, но холодно. Себастиан, заворочавшись, разбудил Блейна, как всегда, коленками по спине, и пробормотал сонно:

– Кто-то обещал сторожить, – впрочем, совсем не обвиняюще. Они были здесь, они были живы, и Себастиану нечего было вменить ему в вину. Блейн, понимая это, кивнул:

– Кто-то обещал проснуться через пару часов и сменить меня.

Это обвинение было еще более пустым, чем предыдущее, но Себастиан, кажется, понимал это, потому что вместо того, чтобы начать защищаться, он рассмеялся. А потом, вытащив из-под Блейна свои ноги, сел на кровати рядом и, потянувшись, сообщил:

– Могу за это неделю мыть посуду.

Блейн со смехом покачал головой. Но согласился – потому что мыть посуду лично он не любил и отказываться от такого подарка не собирался. Правда, до этой посуды хорошо бы еще добраться.

– Идем? – предложил он.

– Да, – согласился Себастиан, поднимаясь на ноги. – Только я умоюсь сперва.



На новость о том, что в этой глуши, кроме них, есть еще люди, Смайт отреагировал с подозрением в глазах:

– И что ты ему рассказал?

– Только то, что на нас напали, мы сбежали и заблудились.

– То есть, все.

– Себастиан, он – наша единственная надежда выбраться отсюда! Если, конечно, мы не выйдем к людям раньше. А мы не выйдем, потому что я вот не уверен, что огромные толпы народа тусуются в середине осени на озерах.

– И я понимаю это. А еще я понимаю, что ничто не помешаете ему найти отца, у которого, если ты немножко подумаешь над словом "охота", наверняка есть ружье – и, знаешь, я вот не уверен, что из этого ружья он не начнет палить, например, по нам, учитывая, что на дворе осень, и у маньяков сезонное обострение.

Блейн вздохнул. Но Себастиан, если так разобраться, был прав не больше, чем он сам, и, если уж все шло к этому, даже меньше. Потому что да, можно бояться людей – но сидеть в лесу и ждать, что спасение спустится к ним с небес на маленьком парашютике, как мазь от ожогов к Китнисс Эвердин, было еще большей глупостью, чем доверять незнакомцам. Хотя бы потому, что у них, в отличие от этих незнакомцев, ружья не было, а если бы и было, не факт, что они смогли бы с помощью этого ружья добыть себе что-то поесть. На мысль о еде желудок отреагировал громким урчанием. Себастиан бросил на Блейна виноватый взгляд – но промолчал. И Блейн не винил его – все и так было понятно.



При свете дня прогулка по лесу давалась ожидаемо легче, чем среди ночи – через полчаса Себастиан, даже несмотря на недавнюю обиду и все еще острое чувство голода, уже смеялся, и Блейн в ответ на это смеялся тоже, в какой-то момент уже почти забыв про то, что они, вообще-то, гуляют здесь не потому, что им захотелось пройтись и подышать свежим воздухом. Если бы был выбор, подумал Блейн, он бы променял сейчас весь свежий воздух мира на одно осознание того, что им с Себастианом ничего не угрожает, а в идеале – они сидят у себя дома, на диване перед телевизором, и едят дурацкую китайскую еду из дурацкого китайского кафе на первом этаже их дома. На мысли о еде желудок снова дал о себе знать. Блейн вздохнул, покачал головой и прибавил скорость, догоняя ушедшего вперед на своих длинных ногах Смайта.

Смайт же, дождавшись, пока Блейн добежит до него, улыбнулся и, не говоря ни слова, сел на траву.

– Привал, – сообщил он, оставив Блейна задыхаться от такой несправедливости – что за черт, неужели он не мог сказать об этом минуту назад, чтобы Блейн не бежал к нему? Впрочем, бросив на Себастиана негодующий взгляд, Блейн понял, что именно поэтому он и не сказал раньше. Чертов хорек. Впрочем, против привала он возражать не стал и опустился рядом, приваливаясь к плечу Себастиана. Себастиан обнял его в ответ и облегченно выдохнул.

А в следующую секунду на ближайшем от них дереве с тихим свистом и громким треском вдруг взорвалась кора. Блейн вскинул голову, пытась понять, что это, когда Себастиан уже пригнувшись, тянул его за руку глубже в лес.

– Себ... ты... подожди, что это? Куда ты меня?...

– Это выстрел, идиот, – прошипел Себастиан и дернул его вниз, на землю. Свист и треск раздались еще и еще раз, оба раза – выше их голов, но уже куда точнее в плане направления, в последний – в трех футах прямо над ними. – Кто-то палит по нам с той стороны.

Озеро в этом месте действительно было уже, чем там, откуда они начинали, и противоположный берег был непозволительно близко, так, что Блейн, прищурившись, смог разглядеть на нем фигуру. Нечетко, невнятно, он не видел лица или даже цвета куртки, но мог поклясться, что это был человек – и этот человек совершенно точно держал в руках ружье.

И стрелял из этого ружья по ним.

– Что скажешь, какова вероятность, что это папаша твоего нового знакомого? – хрипло пробормотал Себастиан, прижимаясь к земле сильнее и потихоньку отплозая вглубь. Блейн, последовав его примеру, негромко ответил:

– Нулевая. Он сказал, что озеро долго обходить, и что он не знает, где конкретно сейчас его отец, и...

– И ты поверил, – закончил за него Себастиан.

– С точно такой же долей вероятности это может оказаться вчерашний псих, – выдохнул Блейн.

– С точно такой же долей вероятности вчерашний псих может оказаться его отцом, – почти выплюнул Себастиан – и Блейн услышал, как с тихим треском складываются вместе детали паззла. А через секунду увидел, как Себастиан стремительно бледнеет, и как начинает дышать быстро и часто, так, будто вот-вот свалится в припадке.

– Себастиан? – забеспокоился Блейн. Он все еще опасался вставать, потому что выстрелы продолжались совсем недалеко от них, но дальше лежать, не двигаясь, не мог, и он приподнялся, а после и вовсе сел, укрывшись за деревом, и прижал к себе Смайта, который, почувствовав прикосновение, вцепился в него, как клещ, белыми от напряжения пальцами.

Никогда раньше Блейн не видел панической атаки, но был уверен, что это она. Себастиан отказывался отвечать на вопросы, он вообще отказывался реагировать на что-либо, только ошалело крутил головой, глядя по сторонам невидящими глазами, и цеплялся за Блейна как за спасательный круг. Блейн обнял его так же, как несколько часов назад там, в домике лодочной станции, и так же попытался успокоить:

– Тшш, тихо. Все хорошо. Себастиан, все хорошо...

– Ни хрена не хорошо! – вскинул Себастиан голову. Что ж, он хотя бы начал отвечать – но не сказать, что от этого стало лучше: его все еще трясло, и трясло сильно, он был белый, как те рубашки, которые он надевал на работу, и лоб и виски у него были покрыты крупными каплями пота. – Он... он...

Себастиан начал задыхаться, не в силах набрать в грудь достаточно воздуха. Блейн снова прижал его к себе, как заведенный, наглаживая по спине и бормоча успокаивающую чушь. Себастиан хрипел и трясся – но через минуту это подействовало, он вдохнул и закончил фразу дрожащим голосом.

– Он говорил что-нибудь про птиц?

– Откуда ты знаешь? – похолодел Блейн. Он рассказал ему про парня, но не сказал ни слова про силки и охоту, подумав, что это далеко не та информация, которая может быть интересна и которая, что важнее, поможет им. Просто жалобы подростка на отца, который не доверяет ему ружье, и его же хвастовство тем, в чем он добился успеха.

Себастиан же, судя по всему, так не считал.

– Потому что я видел его раньше. Раньше, когда... когда мы...

В этот раз Блейн среагировал быстрее – и это быстрее же помогло. А может, Себастиан уже и сам старался взять себя в руки, справившись с панической атакой.



– Это случилось в выпускной год в Далтоне, – начал он тихим хриплым голосом, когда успокоился окончательно. Они сидели под корнями вывороченного из земли дерева, укрытые от мира с трех сторон, и смотрели в четвертую. Блейн смотрел, пока Себастиан разглядывал свои пальцы и рассказывал историю, о которой молчал девять лет. – Мы поехали на весенние каникулы в "Вестерc"... помнишь "Вестерс"?

О да, Блейн помнил. Пафосный загородный клуб, принадлежавший тем же людям, которые возглавляли попечительский совет Далтона, со всеми атрибутами, полагающимися подобному месту – полем для гольфа, лошадьми, огромным бассейном и номерами, такими большими, что в гольф, наверное, можно было бы играть прямо там. Каждую весну туда из Далтона на каникулы отправлялись лучшие – два десятка студентов, заслуживших награду за хорошую учебу или, к примеру, победу на Отборочных. Блейн был там один раз. Себастиан, видимо, чуть больше.

– Так вот, мы поехали туда, первые три дня все было нормально, ну, как обычно там бывает, мы валялись в кроватях до обеда, потом шли кататься, один раз сыграли в гольф... я отвратительно играю в гольф, знаешь, Трент сделал меня всухую, я тогда задолжал ему четыре сотни и до сих пор их должен. Не смог отдать... – Себастиан вздохнул, собираясь с мыслями. Блейн не торопил его – чувствовал, что эта история не из тех, которые рассказываются за пару минут и с легким сердцем. – Мы как раз были на поле, только-только закончили собирать клюшки, Трент еще все издевался, что я не умею играть, радовался, что хоть в чем-то меня сделал, а потом началось вот это. Выстрелы. Он не стрелял по нам, он как будто специально метил мимо, загонял нас. Мы побежали к дому – он не дал. Прогонял нас часа три по лесу, прежде, чем отпустил. Мы тогда боялись выходить еще два дня, потом осмелели. И тогда появился мальчик. Лет шесть или около того, мы подумали, ребенок кого-то из работников, ну, Джефф так сказал, он. вроде как, видел его раньше. Мы взяли его с собой кататься, а он все рассказывал нам, как его отец учит его ловить... птиц. А потом он сбежал и в ту же секунду появился его папаша, на своем сраном пикапе... тогда, знаешь, он выглядел еще ничего так, совсем не такой ужасный. Благослови господь тех людей, которые покупали лошадей для клуба – мы сумели свалить тогда. Но он ловил птиц, понимаешь?

– Нет, – честно признался Блейн. Он ничего не понимал, кроме того, что, кажется, Себастиан встречал этого парня и этого маньяка раньше.

– Птиц, Блейн. Нас. Это мы – птицы.

– Однажды Соловей – навсегда Соловей, – пробормотал Блейн тихо, не веря в собственные слова. Неужели кто-то воспринимал их... всерьез?

– Именно так, – печально кивнул Себастиан. – Я надеялся, что все это закончится, когда мы выпустимся из школы, я очень старался забыть это все, как страшный сон, я почти уже было поверил в то, что это сон, я не вспоминал, не хотел вспоминать, не старался, я сейчас-то не сразу вспомнил, что это и откуда...

– А он вырос и научился.

– И этого-то я и боюсь.

Себастиан сглотнул нервно. Блейн еще раз – не помешает – оглянулся по сторонам.



А после поднялся и протянул Себастиану руку:

– Идем?

– Куда?

– Куда угодно. Чем больше мы движемся, тем сложнее нас поймать.

– Или тем ближе мы к его ловушке, – покачал головой Себастиан, но руку принял и встал. – Куда мы теперь?

– Предлагаю идти строго на север, чтобы не заблудиться. Куда-нибудь мы обязательно выйдем.

– В Мичиган, – фыркнул Себастиан слабо.



Телефон все еще не работал, хотя, казалось бы, уже давно должен был начать. Они столько прошли, и ветер менялся тысячу раз, неужели здесь не было ни капли сотовой связи? Судя по тому, с каким ожесточением Себастиан бил по экрану, из раза в раз пытаясь набрать девять-один-один, нет, и с каждой попыткой дозвониться он становился все мрачнее и мрачнее.

– Что за проклятье, а? – вздыхал он, уже слишком уставший, чтобы злиться.

И набирал снова.

– Может, это из-за того, что мы в низине или как это там называется, – бормотал он снова и снова, уже даже не прикладывая трубку к уху, а просто глядя в бесполезный экран. Со стороны это выглядело так, будто он пытался добиться ответа от самого телефона, ужасно странно и глупо, да и вообще глупо – пытаться дозвониться, видя, что связи нет, будто за ту долю секунды, что он будет набирать номер снова, что-то вдруг изменится чудесным образом, но, помня о той панике, которая накрыла Себастиана всего час или полтора назад, Блейн молчал. Лучше уж так, чем он снова начнет трястись от страха.

Себастиан бил в экран.

Блейн осматривался по сторонам.

Себастиан бил в экран.

Блейн пытался разглядеть в сливающемся перед глазами лесном пейзаже хоть какую-то зацепку.

Себастиан бил в экран.

Блейн обогнал его – и Себастиан бездумно пошел на звук его шагов. Что ж, хоть какая-то польза, теперь можно быть уверенным, что он хотя бы не разобьет себе лоб о дерево.

А в следующую секунду телефон разорвался оглушительным звуком звонка. Блейн подскочил, как ужаленный, будто это не телефон заиграл, а снова раздался выстрел, и, обернувшись, увидел, что Себастиан тоже не верит происходящему, хотя прямо сейчас держит этот самый телефон в руках.

– Кто там? – пробормотал Блейн, подходя ближе.

– Джефф, – почему-то шепотом отозвался Себастиан и прижал трубку к уху, больше не заботясь о громкости своего голоса, скорее даже наоборот:

– Стерлинг, – Джефф пять лет как не был Стерлингом, но, черт возьми, кого это волновало сейчас, – Стерлинг, господи, Джефф, ты не представляешь, как я рад тебя слышать, ты не поверишь, но здесь... мы... – он снова начал задыхаться, и Блейн обхватил было его за плечи, но Себастиан отмахнулся и вывернулся из объятий, продолжая хрипло и сбито, – помнишь, что случилось тогда? В "Вестерс"? Того мудака, который стрелял по нам? Он вернулся, Джефф, этот мудак вернулся, мы с Блейном ехали на встречу выпускников, я не хотел, но он уговорил меня, и я согласился, господи, зачем я согласился, и этот мудак как-то выследил нас, машина сломалась, нам пришлось бежать от него по лесу, а потом он нашел нас и снова начал стрелять... Джефф, позвони в девять-один-один, у нас тут нет связи, и мы не можем... мы между озером и шоссе, северней лодочной стан... что? Джефф?

Даже со своего места Блейн слышал, как хрипела и срывалась в трубке связь – и слышал точно такую же сбивчивую и испуганную речь Джеффа, прорывающуюся навстречу:

– ...с Ником поехали...

– ...нашли вашу машину...

– ...гонялся за нами на пикапе, помнишь этот ужасный пикап...

– ...мы между озером и шоссе, две мили к северу от лодочной...

Это почти там же, где они со Смайтом сейчас, с ужасом понял Блейн. Ник и Джефф сейчас где-то рядом. Он в панике замотал головой, пытаясь разглядеть за деревьями знакомые лица, куртки, услышать голоса, хоть что-то...

Связь в трубке захрипела и прервалась окончательно. Себастиан поднял на Блейна бесконечно мертвые от страха глаза.

– Какова вероятность, что Хантер тоже где-то здесь? – зачем-то спросил Блейн, вспоминая слова мальчишки о слишком крупной птице, сумевшей прорвать силки.

– Какова вероятность, что мы выберемся отсюда живыми? – спросил в свою очередь Себастиан.

Блейну показалось, что за деревьями мелькнула крашеная макушка Джеффа.

Вокруг лодыжки Себастиана затягивалась веревочная петля – куда крепче той, что показывал Блейну пацан на причале.



А в следующую секунду ветка хрустнула у них за спиной.

Вопрос: Я прочел
1. И мне понравилось 
22  (100%)
Всего: 22

@темы: слэш, выкладка, PG-13

Комментарии
2013-12-22 в 16:31 

Now-or-Never
Ох, чудесная прекрасная крипота! *____*
Хорошо, что я прочитала текст днем, а не ночью, шансов бы заснуть не было) Жуткая атмосфера страха и беспомощности :nerve: И очень понравилось, как написан Хантер - вроде бы в тексте так и не появился, но незримо присутствует всегда)

а еще лично мне повеяло духом "Мыслить как преступник", была там серия с очень похожими обстоятельствами...весь фик ждала, что из-за сосенки появится доктор Рид)

Спасибо! Напугали! :alles: :red:

2013-12-23 в 13:27 

Lava T Hotson
Black humour
Птичку *всхлипывает* жалко! Жалко, понимаете? :gigi:
Это было упоительно Х)
Себастиан такой Себастиан =)
Иногда они возвращаются :eyebrow:
Спасибо!

2013-12-23 в 16:29 

пакет с пакетами
у семи нянек дитя без ракушки
Now-or-Never, Хантер, он такой))) Я верю, что он сейчас придет, весь такой капитан морской пехоты, и всех победит - в этом прелесть открытых концов)))
А какая серия КМ, если не секрет?)) И да, доктора Рида не хватало для антуража, соглашусь :lol:
Спасибо вам))

Lava T Hotson, на то и написано! Птичек должно быть жалко, а еще за них должно быть страшно! Значит, с крипотой я справилась)))
Себастиан котик, не надо мне))) И зря, конечно, возвращаются) Лучше бы не)))
Спасибо вам за отзыв)) Рада, что все зашло так, как надо)
И как ваша аватарка вписалась *______*

2013-12-23 в 19:33 

Now-or-Never
пакет с пакетами, я тоже только на него надеюсь, а то в Блейна и Себу как-то слабо верится хд
про серию

2013-12-23 в 20:36 

Amari-Sugizo
Ночное солнце | Слоукот на бульдозере
пакет с пакетами, шикарная крипота! :heart:____________________:heart: Держит в напряжении всю дорогу, а к финалу просто дышать перестаешь. Тоже скромно надеюсь на ХЭ :shy: Любить автора, автор молодец!!! :white::white::white:

2013-12-24 в 19:25 

Jackie.
fancy me mad
Цыпуш, ну вы знаете :heart:
крипота у вас получилась действительно знатная, тот еще стивенкинг, а идея с силками и птицами - просто любовь *__*
Соловьи спустя девять лет бесконечно умиляют, так нравится, что они остаются друзьями и после школы, закадрово присутствующий Хантер покорил, себлейн уруру и концовка просто шикарная - сразу просто куча вероятностей в голове всплывает) открытые финалы из лав *__*

2013-12-25 в 01:01 

ZAYNIE POTTAH
reck-a-less behaviour
БЛЯ.
На одном дыхании вообще, ну вы жахнули так жахнули, Цып *__*
Я просто люблю это вот все. Криповый мальчик и этот диалог - держите меня семеро, он мне сниться будет. Стоило ему только птиц упомянуть - бум! озарение! ёпт, какого черта! А потом он про большую-последнюю, что с крючка снялась и ОМГ ХАНТЕР СПАССЯ ГДЕ ОН ТАМ ОДИН УУУОООО. И Ниффы в конце ;__;
Атмосфера гребет, я будто тоже по лесу побродила, да от безумного ржавого пикапа поубегала. Начинается так миленько (блейнохейтер вы подлый хдд), а потом спн и Кинг и Я ХОЧУ ПОИГРАТЬ В ИГРУ МУАХАХА.
Я в шоке и восторге, в общем. Спасибо, что вас так упороло *__* :squeeze: :heart:

2013-12-25 в 01:28 

пакет с пакетами
у семи нянек дитя без ракушки
Now-or-Never, ааа, помню такую, да)) к слову, не вспоминала о ней, пока писала))

Amari-Sugizo, вы лучше дышите, без воздуха бывает неприкольно! :shuffle2:

Jackie., нет, не знаю! не знаю! :jump3:
Друзьяшки-Соловьи - это хэдканон, из маленьких дураков они превратились в больших дураков, и переписываются в скайпе)) а Себастиан и Джефф - лучшие друзья) и Хантер просто, понимаете, МОРПЕХ. он не мог не :lol:
люблю вас, котик, вот что :heart:

winplsl, ВАСЯ ООО ВОТ КОГО Я ТУТ ЖДАЛА ЧТО ВЫ СКАЖЕТЕ ЗА ЭТУ ЖЕСТЬ МНЕ
И ДА ХАНТЕР СПАССЯ АЛИ ОН НЕ МОРПЕХ ЕЩЕ БЫ ОН ПОМЕР
И ДА НИФФЫ КОТИКИ ТОЖЕ ТАМ НО ЕСТЬ ЖЕ ХАНТЕР
В общем, я ужасно рада, что вы заценили)) Коллажьте еще, я еще напишу хД
И я не блейнохейтер, там просто Себащщен раздражается в начале, вот и все)) Ничего такого не имела в виду))

и вообще, я вас всех сильно-сильно обнимаю, котики. уруру. :gh3:

2013-12-25 в 22:22 

foghorn
isolation waltz
Вам отлично даются экшн и саспенс :3
Скажите мне, что в конце их всех кто-нибудь возьмет и спасет. Героический Хантер с клюшкой для лакроса, героический Трент, Лео на Мазератти, героическая училка французского в конце концов.

2013-12-26 в 00:05 

пакет с пакетами
у семи нянек дитя без ракушки
foghorn, героическая училка французского
АХАХАХА
ДА. Такая бэдэссная вумен сорока лет с обрезом в руках и на каблучищах.
И в номинации "лучший вариант развития" золотая медалька достается Фогу :lol:
Спасибо вам, Фожек))) Я боялась, что саспенса недостаточно)

     

Glee Reverse 2013

главная